Страница: 6/14
Я развернула письмо настоятеля. Оно было написано на священной
бумаге, предназначенной для обетов, уж не знаю, какого храма, - из
святилищ Кумано[6] или из храмов Конгобудзи[7] на
святой горе Коя, которому подчинялся храм Добра и Мира. Сперва были
перечислены имена всех шести с лишним десятков японских богов и
буддийских заступников Японии, начиная с Индры и Брахмы[8], а дальше стояло:
"С тех пор, как семи лет от роду я ушел от мира, чтобы
следовать путем Будды, я денно и нощно истязал свою плоть, подвергая ее
тяжким и мучительным испытаниям. Помышляя о ближних, я молился за
благополучие Земли и неизменное постоянство Неба, помышляя о дальних, -
за то, чтобы всяк сущий на сей земле, и я вместе с ними, очистился от
греха, обрел бы блаженство. Я верил, что сии мои душевные помыслы
услышаны небожителями - защитниками святого учения - и молитвы мои
исполнятся. Но вот уже два года, как из-за греховной, безрассудной
любви, вселившейся в мое сердце по какому-то дьявольскому навету, я все
ночи лью слезы тоски, мысленно представляя себе твой образ, а днем,
когда, обратившись к священному изваянию, я раскрываю свиток с
начертанными на нем изречениями сутры, я прежде всего вспоминаю слова,
которые ты говорила, вспоминаю твои речи, наполняющие радостью душу, и
на святом алтаре храню вместо сутры твои письма, ставшие для меня
священными; при свете лампад, озаряющих священный лик Будды, спешу
прежде всего развернуть твои послания, дабы утешить сердце. Долго
боролся я, но скрыть столь мучительную любовь невозможно, и я открылся
дайнагону Дзэнсёдзи в надежде, что, может быть, с его помощью нам будет
легче встречаться. Я верил, что ты питаешь ко мне столь же сильное
чувство. Увы, теперь я понял, сколь несбыточны были эти надежды! Отныне
я прекращаю писать тебе, отказываюсь от мысли о встречах - ни общаться,
ни говорить с тобой отныне я больше не буду! Но чувствую - сколько раз
ни суждено мне будет переродиться в иное существование, любовь не
покинет сердце, и, стало быть, мне уготован ад. Вечно пребудет со мной
мой гнев, никогда не наступит день, чтоб исчезла моя обида! Все, чему
доселе я посвятил свою жизнь - долгое послушание еще до обряда
окропления главы[9] и принятия монашеского обета, неустанное
изучение священных сутр - заповедей вероучения Махаяны[10],
суровое умерщвление плоти, которому я подвергал себя непрерывно, - все
это привело меня лишь к Трем сферам зла![11] Пусть нам не
суждено встретиться вновь в этой жизни, все равно силой святого
вероучения, приобретенной за долгие годы служения Будде, я сделаю так,
что в последующей жизни мы вместе низринемся в ад, дабы там
повстречаться!
С самого моего рождения, с первого вздоха - разумеется,
когда я был младенцем в пеленках, того времени не упомню - но с
семилетнего возраста, когда мне впервые обрили голову и я стал монахом,
ни разу не случалось мне делить с женщиной ложе или испытывать страсть к
женщине. Да и впредь не бывать такому! Раскаиваюсь, невыразимо казнюсь,
что просил дайнагона свести нас, слов не хватает, чтобы выразить, как
себя за то упрекаю!"- Далее плотными строчками шли имена богини
Аматэрасу, бога Хатимана и еще многих богов и будд[12].
